
Мустафа трудился на фабрике, не проявляя интереса к политике. Его заботили сверхурочные, необходимые для выплаты кредита за телевизор. Жена работала на другом смене, и общение между ними сводилось к запискам. Дочь воспитывали бабушка и дедушка. В стране произошел переворот, из-за которого закрылись парки и общественные места. Мустафа старался избегать политических событий, надеясь на благополучный исход. Однажды ночью в его дом ворвалась полиция и доставила его в политический отдел. Там его пытались заставить признаться в руководстве подпольной организацией.

Мустафа трудился на фабрике, не проявляя интереса к политике. Его заботили сверхурочные, необходимые для выплаты кредита за телевизор. Жена работала на другом смене, и общение между ними сводилось к запискам. Дочь воспитывали бабушка и дедушка. В стране произошел переворот, из-за которого закрылись парки и общественные места. Мустафа старался избегать политических событий, надеясь на благополучный исход. Однажды ночью в его дом ворвалась полиция и доставила его в политический отдел. Там его пытались заставить признаться в руководстве подпольной организацией.

Мустафа трудился на фабрике, не проявляя интереса к политике. Его заботили сверхурочные, необходимые для выплаты кредита за телевизор. Жена работала на другом смене, и общение между ними сводилось к запискам. Дочь воспитывали бабушка и дедушка. В стране произошел переворот, из-за которого закрылись парки и общественные места. Мустафа старался избегать политических событий, надеясь на благополучный исход. Однажды ночью в его дом ворвалась полиция и доставила его в политический отдел. Там его пытались заставить признаться в руководстве подпольной организацией.