
Доктор Макс Ламар, судебный медик, исследует случаи наследственного психического расстройства. Его внимание привлекает Джим Барден, человек, страдающий психическим недугом и отмеченный «Кровавым кольцом» — наследственной отметиной в виде красного круга на руке. В каждом поколении семьи Барденов один из её представителей имел эту отметину и, как правило, становился преступником или сходил с ума. У Джима Бардена есть сын, Боб. В момент ясности сознания Джим понимает, что ни он сам, ни его сын не должны жить под этим проклятием. Он совершает убийство, лишая жизни себя и Бобра. После этого двойного преступления доктор Ламар приходит к убеждению, что «Кровавое кольцо» исчезло. Однако

Доктор Макс Ламар, судебный медик, исследует случаи наследственного психического расстройства. Его внимание привлекает Джим Барден, человек, страдающий психическим недугом и отмеченный «Кровавым кольцом» — наследственной отметиной в виде красного круга на руке. В каждом поколении семьи Барденов один из её представителей имел эту отметину и, как правило, становился преступником или сходил с ума. У Джима Бардена есть сын, Боб. В момент ясности сознания Джим понимает, что ни он сам, ни его сын не должны жить под этим проклятием. Он совершает убийство, лишая жизни себя и Бобра. После этого двойного преступления доктор Ламар приходит к убеждению, что «Кровавое кольцо» исчезло. Однако

Доктор Макс Ламар, судебный медик, исследует случаи наследственного психического расстройства. Его внимание привлекает Джим Барден, человек, страдающий психическим недугом и отмеченный «Кровавым кольцом» — наследственной отметиной в виде красного круга на руке. В каждом поколении семьи Барденов один из её представителей имел эту отметину и, как правило, становился преступником или сходил с ума. У Джима Бардена есть сын, Боб. В момент ясности сознания Джим понимает, что ни он сам, ни его сын не должны жить под этим проклятием. Он совершает убийство, лишая жизни себя и Бобра. После этого двойного преступления доктор Ламар приходит к убеждению, что «Кровавое кольцо» исчезло. Однако