
В конце Второй мировой войны, когда фронт неумолимо надвигался на поместье, хозяева покинули его в спешке. Якуб, пастух из окрестных деревень, пас овец неподалёку. Он зашёл в пустые комнаты усадьбы и начал осматриваться. В его воображении он предстал хозяином этого дома, словно стал богатым помещиком. Граница между реальностью и мечтами крестьянина постепенно исчезала. Однако, это спокойствие было недолгим, так как линия фронта находилась совсем рядом.

В конце Второй мировой войны, когда фронт неумолимо надвигался на поместье, хозяева покинули его в спешке. Якуб, пастух из окрестных деревень, пас овец неподалёку. Он зашёл в пустые комнаты усадьбы и начал осматриваться. В его воображении он предстал хозяином этого дома, словно стал богатым помещиком. Граница между реальностью и мечтами крестьянина постепенно исчезала. Однако, это спокойствие было недолгим, так как линия фронта находилась совсем рядом.

В конце Второй мировой войны, когда фронт неумолимо надвигался на поместье, хозяева покинули его в спешке. Якуб, пастух из окрестных деревень, пас овец неподалёку. Он зашёл в пустые комнаты усадьбы и начал осматриваться. В его воображении он предстал хозяином этого дома, словно стал богатым помещиком. Граница между реальностью и мечтами крестьянина постепенно исчезала. Однако, это спокойствие было недолгим, так как линия фронта находилась совсем рядом.